Применение на территории Российской Федерации технических регламентов иностранных государств, во-первых, может привести к появлению претензий со стороны торговых партнеров, регламенты которых не предлагаются к принятию в качестве национальных (так как это может быть воспринято как нарушение режима наибольшего благоприятствования, установленного двусторонними соглашениями), а, во-вторых, создать необоснованные преференции для доступа на российский рынок продукции из государств, технические регламенты которых предлагаются к применению.

ПРОЕКТ Федерального закона «О саморегулируемых организациях» (СРО). Он предусматривает создание структур с особым правовым статусом, очень похожих на государственные ведомства, но финансируемых за счет участников определенных секторов рынка. Планируется, что в дальнейшем именно в СРО будут передаваться «избыточные» государственные функции. По мнению авторов законопроекта, СРО должны играть роль посредников между органами государственной власти и бизнесом.

Для регистрации такой организации достаточно будет объединить не менее десяти юридических лиц, опубликовать правила и стандарты их деятельности, сформировать орган контроля. Но самое главное, что требуется создать денежный компенсационный фонд для обеспечения ответственности ее участников перед потребителями. Естественно, сделать это смогут лишь структуры, опирающиеся на крупный капитал. Поэтому любая СРО неизбежно будет подконтрольна крупным российским (хорошо еще, если только российским) компаниям.

Поручив юристам зарегистрировать подобную структуру, формально соответствующую требованиям закона, и сформировав компенсационный фонд, тот или иной отраслевой олигарх сможет серьезно усилить свое влияние на занимаемом им секторе рынка. Во-первых, он получит право работать с органами государственной власти от имени целой отрасли. Во-вторых, закон ему предоставит возможность устанавливать выгодные для него правила работы в своем секторе рынка. К чему это приведет? Только к монополии, устранению конкурентов нерыночными методами, повышению цен и другим негативным последствиям.

Сторонники законопроекта утверждают о необходимости разработок в СРО отраслевых стандартов. Да, действительно, в нефтяной отрасли США многое определяют стандарты некоммерческой организации American Petroleum Institute (API). Но API был создан в 1919 году сначала в качестве информационного бюро и десятки лет завоевывал признание участников рынка. Причем для создания API или аналогичной французской ассоциации Institut Francais du Petrole (IFP) не требовалось никакого специального закона, чтобы назначить их «главными» на нефтяных национальных рынках. Не присваивался им и какой-либо особый статус. Авторитет в отрасли таких ассоциаций не может определяться их вхождением в какой-то государственный реестр.

Можно ли сегодня «на скорую руку» создать российские аналоги API или IFP с помощью закона «О СРО»? Нельзя! В России этим законом неизбежно воспользуется какая-нибудь крупная нефтяная компания и зарегистрирует СРО для получения и использования в своих интересах «избыточных» функций Минприроды, Минпромэнерго или иного государственного ведомства.

Аналогичная ситуация возникнет в металлургии и многих других отраслях промышленности, где также есть конкурирующие группы крупных компаний. Если одна из них зарегистрирует СРО, то, естественно, с ней уже будет работать, например, Минэкономразвития как с основной структурой, представляющей отрасль. Это означает, что именно с такой «уполномоченной» СРО будут советоваться государственные органы при рассмотрении квотирования, пошлин и других проблем. Соответствует ли это интересам большинства участников рынка? Конечно, нет.

Возьмем другую сферу. Кодексы и правила в области рекламы в США устанавливает авторитетная структура Better Business Bureau, в результате чего необходимость законодательного регулирования этой сферы сведена к минимуму. Но поможет ли закон «О СРО» создать в России аналог Better Business Bureau? Конечно, нет. Это поможет только крупным игрокам на рынке алкоголя и табака, которые уже давно лоббируют либерализацию закона «О рекламе». Они создадут подконтрольное СРО и получат возможность самих себя «контролировать».

Аналогичная ситуация может сложиться в российской медицине. Например, в Великобритании за качеством оказываемых медицинских услуг следит General Medical Council, которая, кстати, ведет и реестр врачей, имеющих право заниматься медицинской практикой. Страшно подумать, что произойдет у нас, если подобное право получит какая-то «лавочка» коммерческих медицинских учреждений под вывеской «СРО».

Много вопросов вызывает попытка авторов законопроекта «О СРО» применить единые требования к различным некоммерческим организациям. Союз металлургов или автомобилестроителей сильно отличается от союзов писателей, адвокатов, каскадеров, поэтому невозможно сформулировать единые для них требования при создании СРО. Похоже, что этот законопроект писали специалисты по рынку ценных бумаг и страхованию, но спектр российских некоммерческих организаций куда шире. Не случайно депутат Государственной думы Сергей Шторгин предложил дополнить пункт 1 статьи 1 законопроекта «О СРО» следующим абзацем: «Настоящий Федеральный закон применяется по отношению к саморегулируемым организациям, предметом саморегулирования которых является деятельность: профессиональных участников рынка ценных бумаг; арбитражных управляющих; оценщиков; негосударственных пенсионных фондов; управляющих компаний инвестиционных фондов; рекламодателей, рекламопроизводителей, рекламораспространителей». И все. Но эту поправку отклонили.

В справке Правового управления Совета Федерации от 24 мая 2004 года отмечено: «Предпринята попытка оформить «саморегулирование» как общее, комплексное явление в виде некоммерческих организаций с особой системой взаимоотношений хозяйствующих субъектов друг с другом, государством и потребителями. Однако однозначного определения такому понятию, как «саморегулирование», дать невозможно, поскольку особенности создания и функционирования саморегулируемых организаций зависят от специфики различных видов предпринимательской деятельности: в страховании, банковском деле, на рынке ценных бумаг и в других сферах». Понятие СРО употребляется в законах «О рынке ценных бумаг» и «О несостоятельности (банкротстве)», и в справке отмечается, что «понятийный аппарат законопроекта взят из названных федеральных законов, что не может соответствовать поставленным в законопроекте целям».

ОТРИЦАТЕЛЬНОЕ мнение по законопроекту и у многих российских товаропроизводителей. В постановлении президиума правления Российского союза товаропроизводителей (РСТ) от 2 декабря 2003 года сказано: «Многие положения законопроекта не согласуются с ранее принятыми федеральными законами — «Об общественных объединениях», «О некоммерческих организациях», «Об объединениях работодателей». Недопустимым является закладываемый в закон принцип обязательного членства. Неприемлема передача многих государственных функций, в частности, по техническому регулированию, создаваемым СРО. Это может привести к игнорированию государственных интересов в экономике и к выгоде отдельных групп в рамках СРО».

Апологеты закона «О СРО часто ссылаются на необходимость его принятия в связи с Федеральным законом «О техническом регулировании» и разработкой обязательных для исполнения технических регламентов. Технические регламенты принимаются в целях защиты жизни, здоровья, имущества граждан, защиты государственного имущества, охраны окружающей среды. Как же будут разрабатываться на практике эти важнейшие нормы безопасности?

Предположим, предстоит разработка технического регламента о безопасности безалкогольных напитков, где должна быть норма о предельно допустимых концентрациях вредных примесей. Что предпочтут те же крупные производители соков? Тратиться на соответствующие очистные сооружения или попытаться «продавить» нужный им показатель? Конечно, второе. Если для этого им нужно будет создать СРО, они его создадут и протащат соответствующий законопроект в Государственной думе — здесь у олигархов большой опыт. Причем действовать они будут от имени «отраслевой общественности».

Аналогичная ситуация может возникнуть с водкой, пивом, пищевыми продуктами, косметикой и иными потребительскими товарами — в технических регламентах заложат нормы, которые устраивают крупных производителей и соответствуют технологиям их производства. Здоровье населения при этом будет вторично. В результате пострадают российские (иностранцы такого не допустят) потребители — их будут травить некачественной продукцией, которая формально полностью соответствует техническим регламентам.

В нефтегазовом комплексе появление технических регламентов, написанных под диктовку того или иного олигарха, может привести к массовым авариям и техногенным катастрофам. Разрывы трубопроводов, открытые фонтаны, разливы нефти, пожары — вот возможные последствия того, если требования к безопасности будут определять «карманные» СРО. Выгодно заказчику одно испытание оборудования, а не обязательных три, как было раньше, — никаких проблем — запишут одно. Захочет вообще устранить дорогое испытание — тоже нет проблем. Накладно выдерживать нужный запас прочности — можно не выдерживать. Кто платит деньги, тот и заказывает музыку. Промышленность вместо прежних ГОСТов, нормы которых в ряде случаев были более жесткими, чем зарубежные стандарты, будет жить по устраивающим крупных предпринимателей нормам. Не случайно в конце прошлого года группа генеральных конструкторов авиационной промышленности подвергла резкой критике систему подготовки технических регламентов. Генеральный директор ФГУП «Всероссийский институт авиационных материалов» Евгений Каблов отметил, что «самолеты будут падать теперь именно по закону о техническом регулировании».

Ситуация, когда крупный бизнес или иностранная компания с помощью СРО получит возможность готовить нормы безопасности «под себя», весьма опасна. Уже начали регистрироваться псевдосоюзы для написания удобных олигархам технических регламентов, а законопроект «О СРО» лишь исключает возможность появления структур, не подконтрольных крупному капиталу.

Вызывает также недоумение статья 5 законопроекта «О СРО», где отмечено, что «законами могут быть предусмотрены случаи обязательного членства в СРО». Депутаты предлагали убрать эту запись, которая противоречит конституции, но она все же осталась.

Печальный опыт обязательного членства в СРО хорошо знаком участникам рынка ценных бумаг. В августе 1997 года Национальная ассоциация участников фондового рынка (НАУФОР) и Профессиональная ассоциация регистраторов, депозитариев и трансфер-агентов (ПАРТАД) добились того, чтобы членство в них для участников фондового рынка стало обязательным. Еще немного и эти структуры получили бы право на лицензирование участников рынка. Но в мае 2000 года представитель ФКЦБ на общем собрании НАУФОР объявил, что СРО не должны быть «филиалами государства» и вскоре Владимир Путин своим указом отменил обязательное членство.

ИМЕННО НАУФОР и ПАРТАД выступают теперь в качестве главных сторонников скорейшего принятия закона «О СРО». В этих структурах влиятельные руководители. Председателем совета директоров НАУФОР является председатель Комитета Совета Федерации по финансовым рынкам и денежному обращению Сергей Васильев, а совета директоров ПАРТАД — председатель Комитета Государственной думы по собственности Виктор Плескачевский. Председателя правления НАУФОР Алексея Саватюгина недавно назначили руководителем департамента финансовой политики Минфина, и теперь в его ведении будет координация макроэкономической, денежно-кредитной политики, банковское законодательство, страховая деятельность, пенсионная реформа, регулирование деятельности лотерей, выплата компенсаций гражданам и другие вопросы.

Самым влиятельным сторонником законопроекта «О СРО» является один из лидеров «Единой России», известный в прошлом страховщик, председатель Комитета Государственной думы по кредитным организациям и финансовым рынкам Владислав Резник. Председатель подкомитета по законодательству о страховании в этом комитете Александр Коваль также является автором законопроекта. Александр Коваль является президентом Всероссийского союза страховщиков.

Необходимо отметить, что закон «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» фактически легализует монополию на российском рынке одного объединения. В статье 24 этого закона введено понятие «единое общероссийское профессиональное объединение, основанное на принципе обязательного членства страховщиков». Оно должно быть создано «с согласия федерального органа исполнительной власти по надзору за страховой деятельностью». Роль такого «единого общероссийского» объединения и выполняет Российский союз автостраховщиков.

Проблема возможной «прокрутки» денег компенсационных фондов, особенно если его должны наполнять в обязательном порядке все участники рынка, как это сделано в автостраховании, заслуживает самого серьезного анализа. В этой связи непонятна формулировка статьи 10 законопроекта «О СРО» о доходах, получаемых «от собственности саморегулируемой организации, в том числе от временного размещения (инвестирования) средств компенсационных фондов саморегулируемых организаций». Комитет Государственной думы по собственности отклонил предложение депутатов об исключении такой формулировки.

Согласно этому закону, именно СРО передается право назначать арбитражных управляющих и контролировать их деятельность. Арбитражных управляющих новым законом обязали входить в СРО. Заместитель председателя Высшего арбитражного суда Василий Витрянский отметил: «Это какой-то странный бизнес, который развивается на процедуре банкротства. Впрочем, я знаю, откуда дует ветер, — очень многие депутаты Госдумы участвуют в профессиональных организациях, поэтому они и решили расширить свои полномочия».

Если государство откажется от функций по надзору и контролю над деятельностью негосударственных пенсионных фондов, то можно не сомневаться, что крупный капитал через СРО станет регулировать и эту сферу.

Закон «О СРО» позволит крупному капиталу, которого сегодня пытаются «равноудалить» от власти, формировать подконтрольные структуры, через которые он, с согласия властей, будет управлять рынками и отраслями промышленности. Статья 6 законопроекта «О СРО» позволяет таким структурам устанавливать правила поведения в соответствующих секторах рынка, контролировать выполнение этих правил и привлекать «недружественные» компании к ответственности. Тем самым можно будет устранять конкурентов, что неизбежно приведет к монополизации рынка и негативно отразится на ценах и качестве продукции.

У ЗАКОНОПРОЕКТА «О СРО» есть еще одна движущая сила — чиновники, которые не вписались в новое правительство и хотят пересесть в другие удобные кресла. Если его примут, то неизбежно возникнет новая огромная негосударственная бюрократическая надстройка из отставных чиновников. Апологеты закона «О СРО» совершенно справедливо отмечают, что принятие этого закона позволит уменьшить давление государственных чиновников на экономику. Только вот при этом умалчивают, что на смену им придет куда более жесткий диктат бывших чиновников, управляемых крупным бизнесом.

Недавно исполнительным директором Российского союза автостраховщиков (РСА) назначен влиятельный чиновник Андрей Кигим, ранее работавший заместителем руководителя аппарата правительства РФ. С июня Андрей Кигим уже исполняет обязанности президента этого СРО, которое основано на принципе обязательного членства.

РСА имеет серьезные деньги и постепенно превращается в прообраз государственной структуры со своей филиальной сетью по всей России. РСА озабочен и PR-кампанией. 7 июня 2004 года в Екатеринбурге РСА при помощи PR-агентств Имиджленд Edelman PR (Москва) и «Ньютон» (Екатеринбург) состоялся первый из запланированных семи семинаров-совещаний для представителей региональных СМИ. С докладами выступили: заместитель председателя правления РСА; начальник управления РСА по связям с общественностью; начальник правового управления РСА; заместитель начальника отдела организации экспертиз РСА; заместитель начальника отдела координации и анализа РСА; руководитель представительства РСА в Уральском федеральном округе. Чем не министерство?!

Руководство страны хорошо понимает опасность наделения СРО функциями органов исполнительной власти, поэтому в официальном отзыве правительства РФ на законопроект «О СРО» отмечено: «Концепция законопроекта предусматривает существенное ограничение полномочий регулирующего органа по выполнению контрольной и надзорной функций, а также создает условия для ведения саморегулируемой организацией собственной предпринимательской деятельности. Это не соответствует целям деятельности саморегулируемых организаций — регулирование деятельности предпринимателей и контроль за ней, что может быть источником конфликтов интересов. Роль государственного регулирования и контроля на некоторых рынках, например финансовых, не должна снижаться, так как это может привести к разрушению системы защиты прав инвесторов. Следует отметить, что большая часть положений проекта Федерального закона не согласуется с соответствующими нормами гражданского законодательства или вторгается в сферу правового регулирования иных федеральных законов, субъектами правоотношений которых являются не только саморегулируемые организации». И далее: «Фактически законопроектом предлагается наделить саморегулируемые организации функциями ряда органов исполнительной власти».

Сегодня делаются попытки представить ситуацию таким образом, что якобы критики СРО выступают за усиление давления государства на бизнес, так как они боятся конкуренции и проводимой в России административной реформы. Подобная риторика применялась в конце 90-х годов, когда обсуждался законопроект «О соглашениях о разделе продукции» (СРП). Лоббисты закона «О СРП» обладали серьезным финансовым и административным ресурсом и справедливую критику законопроекта представляли как попытку торпедировать приток иностранных инвестиций в Россию. Многие депутаты тогда не очень вникали в малопонятную аббревиатуру «СРП». Законопроект удалось протащить. И что в результате? На иностранные инвестиции, за которые Россия расплачивается своими нефтью и газом, создаются рабочие места на Западе, а слово «СРП» превратилось в России в синоним коррупции. И в этом в первую очередь вина законодателей.

Депутаты предлагали поправки в законопроект «О СРО», но Комитет Государственной думы по собственности их почему-то отклонил. Вот только некоторые из них:

«Сотрудники саморегулируемых организаций за правонарушения в сфере лицензирования, аттестации и (или) аккредитации привлекаются к административной или уголовной ответственности как должностные лица государственных органов». (Решение Комитета — «Отклонить».)

«Саморегулируемая организация, а также некоммерческая организация, ранее обладавшая статусом саморегулируемой организации, не могут быть преобразованы в хозяйственное общество». («Отклонить».)

«Члены постоянно действующего коллегиального органа управления саморегулируемой организации с правом решающего голоса не могут получать вознаграждение от саморегулируемой организации или ее участников за исполнение своих функций». («Отклонить».)

«Саморегулируемая организация использует свое имущество для целей, предусмотренных в учредительных документах. При ликвидации саморегулируемой организации, а также некоммерческой организации, ранее обладавшей статусом саморегулируемой организации, оставшееся после удовлетворения требований кредиторов имущество обращается в доход государства». («Отклонить».)

«Не допускается создание саморегулируемых организаций государственными и муниципальными служащими». («Отклонить».)

Видный российский юрист, вице-президент Торгово-промышленной палаты Российской Федерации Владимир Исаков, выступая 8 июня 2004 года на парламентских слушаниях в Государственной думе по проблеме законодательного обеспечения административной реформы, предложил провести экспертизу законопроекта «О СРО» на антикоррупционность.