БРИК — Блог Станислава Наумова

Станислав Наумов:

Чем мы занимаемся на ЭКСПО? Отрабатываем информационно-справочную систему, которая будет соответствовать тому, как фактически складываются запросы. Теперь понятно, кто к нам приходит, куда заходит. Доформулируем лаконичные сообщения, которые возникают в процессе коммуникации на территории нашего павильона. В соответствие с этим наш подход будет строиться на том, что мы хотим заинтересовать детей и взрослых: как на уровне эмоций, так и на рациональном уровне. Важно понимать, что феномен ЭКСПО меняется. Формат дрейфует от коммерческого, милитаристского ли технократизма — к визуализации и чувствам.

Простой пример. Канадцам павильон делала группа, которая работает с цирком «Дю солей». Они сумели заложить в экспозицию генератор эмоций, хотя цирковыми животными в павильоне, разумеется, не пахнет.

Важный коммуникативный формат, который мы используем наряду с информационно-коммуникационной системой — и это общий для ЭКСПО формат – активное использование экранов. Где-то с элементами, имитирующими уже сам интерактив. Понятно, что ни с чем нельзя переборщить. Понятно, что собственная задача любого павильона – пропустить, с как можно меньшими остановками, как можно большее количество людей. Потому что любая незапланированная остановка – это проблемы, связанные с очередями на входе.

В своем павильоне мы сделали неплохой по задумке контент для работы как с экрана, так и в других вариантах коммуникации. Образ России раскрывается через интервью с детьми, которые участвуют во всероссийском конкурсе под девизом «Сделай свой город цветным». Это обычные городские подростки. Но они не рисуют город, а объясняют, в какой цветовой гамме они представляют себе то или иное известное всем или только им здание (место), Такое задание универсально – поскольку любой житель Земли может дать свой вариант ответа в соответствии со своими внутренними ощущениями. И он будет понятен любому зрителю или слушателю.

У нас в павильоне 12 инсталляций, про каждую из которых рассказывают юные россияне. Я это все подробно рассказываю, т.к. возникают вопросы из серии «а где станки-то?» и происходит разрыв в коммуникации. Современное ЭКСПО – это коммуникация по поводу способов коммуникации. Надо показывать людей, которые говорят то, что улавливается без слов. На ЭКСПО мы рассказываем о себе.

Что мы еще сделали для создания проекта на уровне глобальной коммуникации? Глобальную коммуникацию мы выстраиваем через юных респондентов со всего мира. Мы опросили всех детей, которые находились в зоне доступа корреспондетов Russia today и спросили: «Дети, а как вы хотите, чтобы ваш город, в котором вы живете, выглядел, что для вас важно?». Дети из разных стран начали рассказывать про такой глобальный город. Глобальная коммуникация – это не отчет о проделанной работе. Это предъявление образа будущего.

Что такое для китайцев ЭКСПО? Мы сделали наверху в виде 12 голограмм презентации 12 проектов по приоритетным направлениям развития России. Тут важно отметить, что если бы мы это показали так, как у нас это внутри страны обсуждается, то ничего бы путного не вышло. Мы же сделали из этого образовательный процесс для школьников. Мы взяли героев из ансамбля «Домисоль», каждому из них придумали костюмы и попробовали перевести на китайский язык, по-простому, что такое приливная электростанция, что такое искусственная кожа и т.д. На что китайские корреспонденты среагировали, так это на то, что, над произношением надо бы поработать. Но даже они почувствовали, что это интересно. Это уже результат и результат достаточно позитивный.

Хочу отметить, что ЭКСПО – это не национальная выставка (когда одна страна приезжает в гости к другой стране). Это интернационал.

Сейчас начинает проявляться новый тип интереса со стороны китайцев к тому, что же именно мы там показываем. Знакомство с содержанием павильонов это управляемый процесс. Китайские СМИ на раннем этапе интересовало только, будет ли вовремя построен павильон той или иной страны. И всё. Наши СМИ ЭКСПО очень долго не интересовало вообще, не смотря на колоссальные усилия Оргкомитета. Хотя даже стройка была очень интересным процессом. При желании и на этом можно было сделать информповоды, пусть даже по поводу взаимодействия с китайскими компаниями по вопросам того, какую плитку класть в местах общего пользования.

На самом деле для китайцев ЭКСПО – это колоссальный образовательный проект и не только по поводу развития ЖКХ. Они себе поставили планку – 70 млн. посетителей. 60 млн. посетителей – это жители 6 провинций южного Китая, которые по логистике могут себе позволить организовывать и привозить группы туристов за недорого.

У нас было много предположений. Например, сделать ставку в рекламной кампании на то, что русские туристы туда сотнями тысяч пойдут. Была задумка – всем русским ещё на выезде из России выдавать бейсболки и футболки с символикой российского павильона. Многое из соответствующей сувенирки с настоящей символикой на раздатке есть, но роль распространителей охотно играют сами китайцы, в том числе из числа волонтеров. Мы думали, что будет мировой туризм, и хотели бразильцев с индийцами целенаправленно приводить на экскурсии, т.е. БРИК формат обыграть. Что-то это будет и случится позже, на уровне представителей постоянно работающих делегаций.

Китай делает стратегический выбор, переориентируя производство на управляемый рост внутреннего спроса. «Влетать» с экспортной ориентацией и при этом слушать упреки в отношении финансовой политики совершенно справедливо не хочется никому. Задача продолжать расти, продолжать интегрировать в современную экономику (в том числе в потребление) новые и новые миллионы своих жителей. Поэтому тема «лучший город – лучшая жизнь» — это ответ на существующие вызовы.

 

Это колоссальный образовательный проект, что такое современная цивилизация, что такое современная инфраструктура современной жизни, из чего она состоит. Они учат провинциальных жителей южного Китая, что по мере роста экономики Китая, у них это появится. Также они воспитывают в них потребителей. Потому что пока не в каждой семье есть фен, китайская экономика будет расти. Фен – это совокупность пластмассового корпуса, двигателя, проводов – всем работы хватит. Поэтому любая страна, которая показывает, как использовать фен, для них будет интересна и павильон соответствующий тоже.

В этом смысле чтобы выделиться, наши станки там не так уж нам и помогут (уметь производить хорошие станки нужно нам, но для этого на другие выставки надо ездить, например, в Ганновер в 2011 году).

Что сделала наша соседка Финляндия? Она привезла туда свой магазин а-ля «Икея» и показала китайцам, какие можно делать самые красивые кружки и как пить из них самое вкусное молоко. Итальянцы что сделали? В одном из залов одна стена у них состоит из бутылок вина, вторая стена – сорта макарон, посередине – оливковое дерево (ну, конечно же дерево жизни).

Экспо как образовательный проект показывает, что такое современный мир бытовой техники (в широком смысле словосочетания: как «техника для быта»), что надо переехав в город, надо покупать, чтобы жить лучше. Для организаторов важно, что посетители походят по павильонам и в совокупности сформируют у себя представление.

Второй проект – туристический. Современный китаец не такой богатый, как японец, чтобы ездить по всему миру. Но рано или поздно это произойдет. Они стояли и будут стоять по два часа в очереди к павильонам, потому что это для них путешествие по миру за 180 юаней. В этом плане мы — нормальные парни из службы маркетинга. Из 7 млн туристов этого года мы формируем клиентскую базу для собственной экономики услуг лет через 10.

Мы создали за счет темы детства публичное ожидание по поводу российского павильона. Все китайские СМИ написали, что российский павильон – лучший для детей. Показатель – опрос QQ по поводу всех павильонов. На вопрос, «почему вы пошли в российский павильон?» 51% респондентов ответил — потому что там интересно с детьми. Понятно, что это слегка навязанный нашей активностью в марте-апреле ответ, но прием-то срабатывает! А вторая позиция – Витас…

Мы не планируем заранее говорить детально, что мы собираемся у себя показывать. Надо обозначить для чего служит в городской практике та или иная презентуемая нами технология и тем самым привлечь внимание. Мы понимаем, что на эту выставку все приехали с одним составом того, что там можно показать. У нас есть задумки. Например, совместно с Yota 4G, мы делаем телепортацию Шанхай-Селигер. Мы сейчас ищем, кого бы селигерская тусовка хотела бы телепортировать в Шанхай. Сама по себе технология передачи изображения – это не наше, но зато качество изображения, стандарты, поддерживаются благодаря нашим решениям. Этого нет ни у кого. Поэтому тот, кто эти технологии передаст красивее и ярче, а у нас в этот момент на Селигере будет кто-то из людей, способных по достоинству оценить проект, выиграет. Это будет у нас в середине июля.

ЭКСПО – это чемпионат мира, где надо по ходу набрать форму, он не проходит за один день. Нам надо распределять свои усилия. Необходимо распределять коммуникативную повестку, чтобы не загнать себя в коммуникативный тупик. Мы сейчас как раз в этой точке смены взгляда.

VN:F [1.9.22_1171]
Rating: 0 (from 0 votes)