В четверг с утра участвовал в открытии выставки корейских товаров в Манеже. Попал туда с рабочего входа, так как не хотел науршать протокол и попросил Андрея Александровича остановить машину раньше, чем требовалось. Зато прошел через весь Манеж и увидел практически все выставочные стенды (сходите - посмотрите новые товары и почитаете по ходу хороший корейско-английский словарь) Для меня участие в российско-корейском диалоге стало продолжением знакомства с компанией LG (см. записи за апрель). Видимо, именно тот рабочий контакт стал основанием для официального приглашения в мой адрес. К тому же ведущие постоянно призывали публику громко аплодировать после упоминания имени каждого из почетных гостей, что публика с удовольствием делала. Интересно, что в год 20 летия установления дипломатических отношений все ораторы говорят об этом практически одними и теми же словами, что побудило меня внести корректировки в заотовки наших спичрайтеров и постараться не повторяться.
Напомню, что все это проходило в самом центре Москвы, возле стен Кремля, а погода была просто великолепная. О базовом содержании моих переговоров с корейским министром экономики знаний (именно так) и послом Кореи в России (бывшим министром экономики знаний) можно узнать на нашем сайте. В целом стремился создать максимально адекватное прдставление у партнеров о перспективах развития совместных проектов - прежде всего в высокотехнологичных сферах.
А на сайте Президента можно узнать о россйиско-намибийских переговорах, в которых я во второй половине дня просто принял участие.

Начинаем вместе с Олегом Сазановым готовиться к заседанию рабочей группы по реализации закона о торговле у В.А.Зубкова в понедельник. Фон для доклада благоприятный: http://premier.gov.ru/events/news/10606/. Мои ханты-мансийские комментарии по ситуации с ценами на продовольствие дословно совпадают с комментариями курирующего певого вице-пермьера. Реплика Владимира Владимировича о том, что Закон должен работать и в интересах развития сетей - необходимый сигнал. Собственно, 18 мая в Х.М. мы именно на этом делали акцент в разговоре с регионами.

В 21-00 на Финам.fm (частота 99.6 в Москве) прямой эфир с моим участием об итогах-2009  и перспективах. Тема программы: "Российские высокие технологии. Возможен ли масштабный рынок в ближайшее десятилетие?". Задавайте вопросы: http://finam.fm/broadcast/14/

Тема, важная  для меня - привлечь в экономику региона инвестиции и новые промпроекты в формате среднего бизнеса с понятным спросом на продукцию, где будут востребованы профессионализм и квалификация экономически активного населения города. Я не буду повторять то, что сказал первый вице-премьер СМИ, обозначу моменты, проработанные лично. Южное шоссе 22. Гранд Тойз. Привез туда и Юрия Осинцева, и коллег из секретариата Игоря Ивановича и, что немаловажно, Юрия Исаева, который возглавил предприятие "Лада перспектива".  Насколько я знаю, ребята уже поговорили с главой города об условиях эксплуатации помещений и территории, есть хорошая возможность получить поддержку в банках. Проекты можно будет сомкнуть и с Ай-ти парком и с центромпродизайна и с сетью центров детского развития в городе (это то, что я Ольге обещал). Под это создадим  несколько сотен учебных мест с последующим трудоустройством. Посмотрели помещения под производство в рамках медпрома. Выкупать это все дорого, считаю, что владельцы могли бы внести это как актив в нечто типа паевого инвестфонда и возвращать вложенные когда-то деньги через доход на пай. Поговорил с людьми, отвечающими за малый и средний бизнес, ранее существующий как дочки автоваза. Понятно, что для них надо делать отдельную подпрограмму и сохранить в первую очередь рабочие места в них. Вчера по мерам поддержки Куйбышевазота у себя провел совещание.

Прошу прощения, что не встретился с теми, кто в прошлый раз работал со мной в ТАУ. Надо было работать в делегации от и до, сейчас важно сконцентрироваться на запуске программы профпереподготовки на ВАЗе, важно сформировать у коллег замминистров правильное общее представление о возможностях МПТ и перспективах развития других пропроизводств в городе.

Жаль, но завтра не смогу вместе с Олегом Кащеевым представить в Перми нашу программу развития народных художественных промыслов как часть системы внутреннего туризма. И про общефедеральные и региональные программы развития торговли Олег Сазанов будет рассказывать от первого лица – как автор.
Зато мне завтра предстоит открыть парламентские слушания по законопроекту о регулировании торговли. А потом выступить у Е.М.Примакова с оценкой роли посреднических структур в развитии экономики.

В четверг встречаюсь с участниками семинара в ТАУ – авторами проекта производства оборудования для российского ТЭК. Тогда же у Юрия Осинцева в Минрегионе продолжим движение в сторону создания новых рабочих мест в Тольятти.

Хочу, чтобы те компетенции, которые есть у Павла, рассказ которого не может не взволновать, стали основой для нового малого предприятия. Про проект для Ольги тоже не забываем. Начинаем проект «стажировка в Германии». Туда должна поехать девушка-дизайнер, участница проекта «Дебют». Отдельная задача – стажировки для молодых рабочих. Как-то надо оформить эту первую десятку будущего кадрового резерва завода.

Обсуждение в Байкальске дало некоторые новые идеи и для Тольятти, и для моей родной Магнитки, где наконец-то сменился мэр. Землякам готов помочь с программой «энергоэффективный город», о которой знает наш с вами соавтор Бондарев-Седьмулин. Отчет о мероприятии в Байкальске готовят коллеги из Сколково, позиция по поводу БЦБК озвучена Андреем Дементьевым на нашем сайте. Готов к вопросам, хорошо бы не только по уже наработанной повестке прошлой декады. Ее мы с вами переводим в режим совещаний в моем кабинете.

"Коллеги, выкладываем кейс по моногороду для тренировки в режиме обмена мнениями. В целях соблюдения конфиденциальности в описании кейса отсутствует название предприятия, а также изменены числовые показатели. Вместе с тем, представленный пример отражает типовую ситуацию, характерную для многих проблемных монопрофильных городов. Предлагаю участникам сформулировать свою версию системы мер поддержки проблемных градообразующих предприятий на примере приведенного кейса.

Предприятие: Деревообрабатывающий комбинат
Населенный пункт: Поселок городского типа
Конечный бенефициар: Физ. лицо (более 51% акций)
ОКВЭД 20.20.1: Производство клееной фанеры, щитов, древесных плит и панелей
Доля на внутреннем рынке: 2%
Наличие экспортной лицензии: имеется
Поставщик услуг социальной инфраструктуры: нет
Перечень системообразующих организаций: не входит
Список предприятий регионального значения: входит
Численность занятого населения в населенном пункте: 5000 чел.
Текущая численность работников предприятия: 980 чел.
Доля в занятом населении города: 20%
Ретроспектива численности работников предприятия, дата/чел.: На 1 октября 2008 года – 2700 человек, на 1 января 2009 года- 2300 человек, на 10 июня – 1200 чел., на 20 августа 2009 года – 980 человек.
Испытываемые проблемы: Проблемы со сбытом продукции. Сокращение объемов производства на 95 %. Долги кредиторам составляют 15 млрд. рублей. Собственник принял решение возбудить процедуру банкротства предприятия по причине невозможности удовлетворения требований кредиторов. Введена процедура наблюдения, формируется реестр кредиторов. Просроченная задолженность по выплате заработной платы работникам на составляет 40 млн. руб. Планируется сокращение 550 человек.
Риски: Угроза социальных протестов и митингов. В случае дальнейшей задержки по выплате заработной платы рабочими планируется проведение голодовки.
Инструменты поддержки со стороны субъекта РФ: В результате дополнительных мероприятий по снижению напряженности на рынке труда трудоустроено на временные работы 500 работников предприятия, проводятся межрайонные ярмарки вакансий с участием работодателей близлежащих районов, развернуто широкое информирование жителей поселка о возможностях трудоустройства в другой местности, работают телефоны «горячих линий». Ситуация находится под контролем Администрации субъекта федерации. Сформирован банк вакансий для трудоустройства высвобождающихся работников. Меры, принимаемые Руководством предприятия Ведутся переговоры с инвесторами для скорейшего возобновления работы предприятия."

Отсюда складывается такая интересная ситуация, когда все что-то делают, но за то, что становится целым, никто взяться, так скажем, не может. Потому что кто-то сказал, что предприятие должно работать и провёл соответствующую коммуникацию, кто-то сказал, что, к сожалению, предприятие уже не сможет работать, то есть тоже провел соответствующую коммуникацию. А при этом люди, которые там живут и которые совершенно точно являются конечными потребителями любой информации, не имеют представления о том, что им с двумя разными новостями на индивидуальном уровне делать.

При этом даже если кто-то из жителей понимает, что ситуация будет складываться, скорее всего, каким то новым образом, это понимание еще ничего не значит. Он, приходя, допустим, с очередной рыбалки домой, в ответ на вопрос: «А что ты, всё время будешь ходить на рыбалку?» ответит: «Ну да, я теперь буду всё время ходить на рыбалку, поскольку нам надо что-то делать». «Нет, подожди, я тебе форму постирала, завтра на работу всех собирают». Это просто реальная история. «А кто сказал?». «Ну вот, депутат выступал, сказал, что они сделают всё для того, чтобы уже с завтрашнего дня вы начали работать». То есть, тема «настоящее нашего моногорода» превращается из производственно-политической тематики в семейно-бытовую.

В связи  с этим у нас  во время недавнего внутреннего мозгового штурма «а что же делать с моногородами», родилась совершенно сумасшедшая идея. Вербовку на новые рабочие места в промышленности надо разворачивать через систему семейных психологических консультаций в моногородах. Мы поняли, что сейчас надо профинансировать программу создания точек роста малого и среднего бизнеса в подобном социально ориентированном сервисе. Надо срочно поднять всех детсадовских педагогов с психологическим уклоном и переобучить их. Ради  того, чтобы они начали консультировать в свободное от детсада время, в качестве семейных психологов.  Начали рассматривать все проблемы, начиная от мужского алкоголизма, заканчивая женскими эмоциями по поводу чего-нибудь. И проводить ту линию, которая является оптимальной линией поведения не столько в системе трудовых, сколько в системе семейных отношений.

Допустим, организация заинтересована в повышении количества заявок на то, чтобы занять новые рабочие места на тех или иных промышленных производствах. Наверное, можно было бы использовать такой режим психотерапии с семейными парами, постепенно подводя одного из участников бесед, к мысли о том, что хватит держаться за старую работу. Пора убедить себя и свою вторую половину в том, что надо начинать новую жизнь. И эта такая рабочая версия, которая пока у нас еще в виде научной фантастики, но которую не так уж и сложно организовать.

Сделать это достаточно просто. Набирается определенное количество специалистов в области психологического консультирования, с ними проводится некоторая работа без навязывания им каких-либо представлений о конкретных бизнес-планов по конкретным территориям. Просто рассказывается о результатах какого-то наверняка уже существующего исследования о том, что сегодня является причиной невроза в супружеской жизни. Причиной невроза является отсутствие образа будущего по поводу детей, по поводу родителей, по поводу источников доходов и т.д. И если  супругам объяснить чем, собственно говоря, это вызвано с экономической точки зрения и как это можно было бы экономическим же образом изменить, тогда дальше можно было бы вновь включать процедуры психологического консультирования в формировании этого образа будущего. То есть наши с вами иллюзии коммуникаторов состоят в том, что можно что-то сделать через газету. Наверное, можно спросить Наташу, о чем пишут пикалёвские «Вести». Но, наверняка интересней создавать такую среду. Причем не слуховую, а осознанно персонально-коммуникативную.

Было бы глупостью организовать этот проект  на базе общественных приёмных. А,  вот организация муниципальной работы по решению накопившихся житейских претензий со стороны людей, проживающих на депрессивных территориях, была бы в любом случае социальным актом. И, возможно, при правильном подходе актом коммуникативным. Это один проект который мы взяли и нафантазировали, ни на что не претендуя. Кроме того, что это может быть неправильно.

Слушатель: Можно предложить такую идею в связи с этим. Культуры семейного консультирования в Байкальске, возможно, нет. Но есть другое направление консультирования, которое актуально. И в нем же можно создавать этот образ будущего. Это кризисное долговое консультирование. Я был в феврале в Иркутске. Из Байкальска коллекторов не было, были коллекторы из других моногородов и им эта идея предлагалась «Ребят, вы часть своей деятельности по взысканию превратите в консультационную». Если предложить, то туда люди пойдут,  потому что непонятно, что делать с долгами. Если с семейной жизнью как-то по старинке разберутся, то с долгами не умеют справляться. Есть кадры под это.

Юлия Борисовна Грязнова: Я думаю, что вы правы. Я сегодня вернулась с Селигера и вчера в 12 часов ночи последняя пара, которая обсуждала свой проект в течение сорока минут - это было как раз про это в городе Ростов-на-Дону, семейный консультационный центр. Причем они уже готовы запустить два направления, они уже даже отлицензировались. Одно направление будет касаться здоровья родовых травм, преподаватели и научные сотрудники медицинского университета уже готовы работать. И второе направление – семейное консультирование. И они уже начинают привлекать туда психологов и педагогов как раз из детсадов. То есть это общественная инициатива в городе Ростов-на-Дону. И в принципе семейных проектов, молодежных достаточно много.

Слушатель: Ориентация таких городов мне кажется должна быть на женщин, которая на рыбалку не пойдет, а в центр консультационный сходит.

Слушатель: А, вообще, на какой социальный уровень это рассчитано?

Станислав Наумов: Давайте рассуждать. Я про рыбалку могу сказать, что данный пример тоже не с потолка взят. За что люблю свою работу, если к ней хорошо относится – за понимание богатства сочетаний в конкретике жизни. Просто есть квота вылова рыбы в озере Байкал. Но при этом здесь есть запрет на промышленную деятельность. Так что  рабочие места придется создавать в сфере спорта.  

Слушатель: Хотел бы маленькую ремарку сделать как магистр психологии.. Психолог работает с избранным человеком. Что это подразумевает?  Это подразумевает, что человек сам решил, что ему это нужно. Иначе человека заставить нельзя. Человек  это  сложная субстанция. Примерно как метасюжет: преобразует в себе всё и вся. Собственно говоря, любое усилие, направленное на него, может запросто какой-то «загибон» сделать в другую сторону. И мы получим самоубийство, другие отклонения в семье. Можно только навредить, если сделать проект в виде бизнес-плана. Соответственно, здесь нужно сначала, чтобы коллекторы прошли, потом медики и конкретно диагнозы поставили. Мы же должны смотреть на проблему и решать ее по степени сложности. Степень готовности человека работать со своим внутренним миром должна быть довольно серьезной и важно желание человека. Иначе это будет пропаганда.

Станислав Наумов: Пропаганда здорового образа жизни.

Юлия Борисовна: Два вопроса в кейсе. Возможно ли так консультировать и кто эта аудитория? Про аудиторию - это мой любимый случай. Это передача на НТВ по понедельникам. Когда выходят люди из представительной власти и обсуждают проблемы. Ко мне подошел мальчик молодой из Энска и сказал: «А можно что-нибудь сделать? Пусть к нам Президент приедет». «А что такое?» «Понимаете, у нас олигарх, у нас завод. Вот, олигарх всех зажимает, а сам проигрывает в казино 5 миллионов, а зарплаты маленькие, пусть Президент что-нибудь сделает». И я ему объясняю очень простую вещь. Не надо даже психолога. Когда через 30 минут он понял, что у нас есть Конституция. Президент действует в рамках Конституции. Когда он начнет действовать не в её рамках, то через 3 дня всем будет только хуже. Есть профсоюзы - люди которые добились этого.  В общем, он ушел - у него открылся новый мир.

Слушатель: То есть абсолютно правильная идея про  долговую правовую консультацию?

Юлия Борисовна: Какая правовая консультация? Я просто поговорила с человеком, что можно сделать.

Слушатель: Вы практически выступили в роли правового консультанта. Сказали, что существует Конституция, почитайте, потому что в школе этого не дают.

Юлия Борисовна: Мы имеем огромный разрыв и отставание между тем, как люди осознают себя в Москве и Питере и как в других, как сказал один коллега, в глубоко региональных городах.

Слушатель: Ну, например, в Пикалево по телевизору на это отреагировали. Такая информация им подходит, и они вполне могут ее воспринимать.

Юлия Борисовна: Аудитория у нас, я думаю, очень однородная. Думают они одинаково, будь то это молодежь, люди с высшим образованием и т.д. И это не столько психологическая проблема, это проблема ориентации людей в мире.

Станислав Наумов: ваш вопрос про социальную категорию, про размышления Юлии Борисовны. Есть общая ментальная структура, которая в состоянии импульсы считывать только с экрана телевизора.

Слушатель: Для этой категории очень небольшая аудитория, которая работает с психологом и открывает себя. Я сам человек, который занимается психологией 10 лет подряд. Я хочу сказать от себя, что люди, которые идут к психологам, пытаются в себе что-то раскапывать и исправлять - это очень специфические люди. И они далеко не то большинство [с которым вы предлагаете таким образом работать]. У сварщика 5 категории нет проблемы, куда ему пойти за консультацией и какая сложная духовная проблема встанет перед его ментальным взором. У него ни ментальный взор и ни духовная проблема, а денежная - где найти деньги на малыша. Он может воспринять все эти вопросы психологии, как пустую болтовню. И нежелание делать что-то для реальной жизни, для его ребенка и семьи. Всё-таки согласитесь, что не надо психологов.

Я сейчас понял, что совершил отраслевое предательство. Но я это сказал не для того, чтобы отказаться от идеи психологов. Я это сказал для того, чтобы мы поняли, что когда мы ставим задачи - мы хотим увидеть результат. Соответственно, мы ставим психологам задачу изменить какое-то состояние общества в какой-то перспективе. Но это не решение проблемы про то, чтобы у нас в сентябре месяце не было «выходов на дороги». Надо же решать пожарные моменты - как людям работать с долгами. Они действительно от этого мучаются. Как сделать скидки по детсадам, например. В общем, социально-бытовые вещи. Людям много не надо, чтобы потребности связанные с воспитанием ребенка удовлетворить, чтобы не болела голова. Одновременно с этим надо конечно запускать, настраивать тонкую психологическую работу. Для начала с теми, кто  готов, они будут общаться, говорить. Это как снежный ком, он медленно начинает закручиваться. Это долгий процесс, игра не на полгода не на год, а на 10 лет. Это изменит общество рано или поздно.

Юрий: Я живу в Бескудниково. Мы в прошлый раз начали это обсуждать. И 7 лет как новые дома построили, как меняется отношение людей к собственному жилищу путем запущенной городской программы «Твой подъезд - твоё жилище». То есть люди действительно начали ухаживать за подъездами, сажать деревья. Каждый соревнуется, чей подъезд лучше. Это сработало. И на это понадобилось 7 лет.

Станислав Наумов: У меня тоже есть понимание важности того, что могут сделать родители для своих детей. Как раз в субботу, когда мы в Байкальске были, состоялся «Фестиваль клубники». Насколько знаю, это по телевизору даже показывали. И они действительно продают, выращиваемую клубнику и задача у них экономическая одна - детей надо к школе собирать и готовить. Они все деньги, которые получают с продаж, они конкретно на них покупают необходимое своим малышам. Мы один из проектов рассматривали, как сделать так чтобы эту клубнику покупали не только те люди, что ездят по дороге в Иркутск. Этот проект создает образ будущего, который, скорее всего, психологически будет понятен, поскольку они эту клубнику сейчас просто продают, еще не научились делать из нее, например, напитки. Но у них там уже углубленная переработка начинается - с заходом в сферу досуга, между прочим. Они сами начинают себя по-новому экономически идентифицировать, только это надо поддержать.

Слушательница: Мне просто пришла в голову мысль. Если я правильно поняла, то специфика социальной аудитории крайне сопряжена (?) с социальным пространством. Можно пытаться построить коммуникативную матрицу.   К руководству предприятие приходит кто-то из  отдела кадров или из профсоюза: «Что нам теперь делать?».

Их отправляют по одному адресу, которое не совсем по вашему ведомству, но можно по этому адресу тоже прийти. Это служба занятости, которая вообще ни разу не может с ними работать и предложить тоже не может. Насколько я знаю, у Роструда есть не столько направление труда, сколько слоган. Следует использовать не медицинских психологов, а тех, кто сидит там, чтобы они, наконец, начали говорить адекватные вещи. Поскольку люди, возможно, не готовы ни к каким трансформациям, они туда в любом случае придут. Потому что для них это будет постановка на учет как безработного, а это деньги. С ними будут там говорить в нужном русле. Как минимум, перенаправлять туда, куда они могли бы прийти за более серьезной экономической задачей. Это та точка коммуникации, от которой можно строить более широкое поле.

Станислав Наумов: К сожалению, эта подсистема является частью бюрократической системы. Ведь там очень сложно проходят сигналы и в этом смысле коммуникаторы не нужны. Там система работает сама, коммуникаторов не надо. Вторая идея еще у нас возникла. Она была связана с пониманием того, что «синдром Пикалёво» в рассказе ЮБГ про Энс-к уже проявился. Понятно, что мы сейчас опасаемся повторения в других городах. Я ездил в Бай кальск ровно для того, чтобы убедиться в том, что прежде чем, открывать какое-то предприятие надо у людей спросить: а они хотят, чтобы его открывали или нет? И понятно, что всегда найдется кто-то, кто, не смотря на мнение большинства, которое не хотело бы возвращаться в эти ужасные условия без выплаты, по крайней мере, накопившейся задолженности и без гарантий, что возвращение на то же самое предприятие будет надолго. Это реальная проблема, с которой в Байкальске, например, придётся каким-то образом разбираться. Люди там уже уехали на работы на трубопровод «Восточная Сибирь - Тихий океан». Их надо фактически убеждать, что всё будет по-настоящему. Они опять будут у себя в городе обеспечены работой на долгий срок.

При этом руководство города вправе расстроиться, что идею курорта реализовать не удастся. Поскольку либо Байкальский ЦБК работает и никакой зоны там туристической быть не может и не надо на этот счет строить никаких иллюзий, либо предприятия закрываются, но люди получают так или иначе разного типа рабочие места в рамках этого нового бизнес-проекта.

Но я сейчас не про это. Я про то, что всегда найдется один человек, который будет недоволен. Это одна из проблем коммуникативной работы с моногородами. Сегодня этому человеку  даже не надо разговаривать с людьми. Есть такие сегодня активисты, которые убеждены, что им нельзя разговаривать с директорами, можно только дожидаться, когда всё будет плохо и выходить протестовать. Он является депутатом местного муниципального органа представительного. И он там выступает. У него там своя коммуникативная площадка. И он абсолютно реально 10 дней назад увидел, что что-то всё спокойно, тихо. Не так! Он живет в позиции «надо же что-то делать», а ничего не происходит. И он начинает  испытывать микротехнологию оранжевого цвета. Не надо никого выводить даже, просто позвонить в областной центр корреспонденту информационного агентства и сказать: «Ты знаешь, наверное, мы завтра выведем людей перекроем железную дорогу». У меня гипотеза, что больше ничего делать не надо. После этого надо просто вести отсчет времени до момента создания специальной комиссии высокого уровня  о чрезвычайных мерах экстренного характера.

С моей точки зрения, надо принять, как данность, право людей выражать коллективно озабоченность по поводу ситуации там, где они живут, там, где они работают. Надо  научиться не видеть в этом потенциальные акты политического протеста. Сказать, да это такая форма реагирования, даже не гражданского общества, а просто местного сообщества как такового на то, что у них происходит. Ну пусть они сходятся - это гораздо лучше, чем позволять бесчинствовать в публичном пространстве отдельным маргинальным харизматикам. Причем уже таким медиа-харизматикам, которым не интересно разговаривать с народом. Им интересней позвонить на мобильный кому-нибудь из информагентства и сказать: «Знаешь, мы, наверное, завтра не выйдем, потому, что дождь на улице, но послезавтра точно выйдем». И этот корреспондент на всякий случай это сообщение на ленту поставит. Поскольку он не хочет туда ехать и проверять, он на всякий случай сообщает подписчикам: «Не исключены акции социального протеста на всем известном предприятии». После чего мы все подрываемся, мчимся, сверяя  по ходу дела часы. Что тоже полезно.

В дополнение к вышесказанному утверждаю, что в самих медиа- структурах надо ввести внутреннее табу на непроверенные сообщения с моногородов. То есть я считаю, что надо вести работу целенаправленно с региональными информационными компаниями на тему того, что любое сообщение готовящейся акции протеста о возможных проблемах перебоя чего-то, проверяется три раза, прежде чем запускается в публичное пространство.

Я вот ездил в Байкальск инкогнито, потому что если бы я ездил туда не инкогнито, то это было маркером того, что там всё плохо, что там сейчас точно что-то загорится, поэтому кто-то начал там что-то потихонечку поливать. Я ехал просто разбираться. И специального мы ничего, за исключением короткой записи в отчете о работе за неделю, о том, что провели совещание про Байкальский ЦБК, мы не говорили.

Оказалось, что региональные интернет-структуры после одной записки наших консультантов из агентства Евгения Минченко, попавшей наверх, получили просьбу со стороны пресс-секретарей полпредств действовать с новостями из моногородов поосторожнее. После этого один главный редактор, который просто в контрах с пресс-секретарем полпреда, собрал своих людей и сказал: «Теперь, каждый час рассказываем про то, что происходит в моногородах». Вот вам нелинейный характер применения технологий. И тут у нас родилась такая идея, что этот живой интерес таких сайтов надо поддержать и создать  ресурс «Моногород.ru» и всем региональным сайтам начинать отправлять все новости про ситуацию в моногородах. И делать это очень аккуратно. Мы говорим о том, как найти технологии работы с этими территориями. Я считаю, что нужно давать и негатив, который есть в других моногородах, чтобы региональные сайты поняли, что их дела не обязательно исключительные, что они не всегда самые сложные, что где-то еще хуже. И, скорее всего, не к ним первым приедут. Вот как организовать эту сложную ленту? Собственно говоря, рассказывать в рамках потока новостей о моногородах  истории типа «повезло», что вообще всё плохо, но кому-то повезло с последствиями ликвидации этого «плохо». Вот это вторая технология.

 Я ее тоже вам выбрасываю с вопросом, а можно ли с вашей точки зрения создать такой ресурс в моногородах, который бы не был с ходу идентифицирован как рассадник подсадных уток. Надо обсуждать в рамках работы с активистами общественных объединений.  С ними надо поговорить, чтобы они сделали этот ресурс своим. И пусть там будет тот поток новостей, который будет. Мы будем понимать, что будет являться  примером адаптации людей, оставшихся без  работы к возможности занять новые рабочие места. Этот процесс ведь тоже будет проходить на лентах.

Слушатель: Меня интересует, как власть работает в данном вопросе. Не испугается ли власть такого ресурса, который создан же своими руками?

Станислав Наумов: Как Минпромторг мы можем выступить заказчиками некоторых задач на такой ресурс. Он нам может быть интересен как открытое исследовательское пространство. Мы же сейчас сидим и из газет всё собираем. Понятно, что в работе с таким сайтом появляются новые риски, но их надо моделировать. Прописывать регламент,  что делать, если будет информация про обсуждавшееся на прошлом заседании переход мигрантов через дорогу.

Сергей Новиков: Я хочу, во- первых, вас поблагодарить за ту информацию, которую вы нам даете, во-вторых, не уподобляться моногородам и не видеть деревья не видя леса. У вас есть возможность увидеть весь лес. Вы Министерство промышленности и торговли. И мне кажется, что нужно, чтобы мы вам помогли каким-то образом создать вот этот новый инструментарий подачи стратегической информации потому, что вы ей обладаете и она бесценна.

Станислав Наумов: А вы считаете, что тому слою, на который  мы должны направить коммуникацию не хватает стратегического взгляда на их жизнь?

Новиков: Во-первых, им не хватает стратегического взгляда потому что, как мы обсуждали, начальник цеха не может заниматься новыми технологиями по определению. Они находятся внутри деревьев. Они не знают куда идти, ходят от дерева к дереву. Поэтому я думаю, что вам пользоваться такими ресурсами надо просто вовремя, очень точечно и организованно с проработкой различных вариаций информации, которая может уходить в региональные СМИ, в центральные, федеральные и т.д. Я понимаю, что нужна для этого служба, но эти вещи надо просто проработать и тогда не будет вот этого хаотичного движения, которое просто заморачивается в обществе, никто не знает куда бежать. По исследованиям, 5-7 % двигают прогресс, что у нас, что у американцев, что у японцев. А стратегическую информацию, которая, собственно говоря, бесценна мне кажется надо ее не просто бесплатно дарить всем ресурсам, а давать дозировано, грамотно, вовремя. Подавать и контролировать.

Станислав Наумов: То есть дать 5-7 % людей способных взять ответственность за свое будущее, информацию стратегического характера давать не в виде навязывания ресурса, чтобы они были заинтересованы ее получить.

Сергей Новиков: Конечно. Они уже заинтересованы. В вашей диссертации очень всё грамотно сказано.Американское общество отличается от нашего только одним. Они просто больше дают этим 5-7%..

Станислав Наумов: У меня тогда будет к Наташе вопрос. С вашей точки зрения, есть еще какой-то резерв для того, чтобы организовать такую коммуникацию стратегического содержания с выделением через благосферу может быть. Поскольку, эти 5-7% где-то купаются, в том числе, в водах блогосферы. Или надо сначала попробовать посмотреть на свои стратегии как на документы, которые в том числе должны содержать какое-то послание не только директору предприятия, но и тому самому начальнику цеха, который сейчас не получает информации.  Поэтому он не выполняет даже минимальные функции социального организатора, который мог бы выполнять, которые наверняка выполняли начальники цехов после эвакуации предприятий с оккупированными фашистами территорий. У нас же на ленте сайта новости компаний есть. То есть, у нас что-то поступает в качестве потока.

Наталья Макаркина: Какая-то часть из этого всего включается в нашу стратегию. То есть, скорее всего, это те инвестпроекты, которые в стратегии заложены, именно те реализаторы инвестпроектов как раз эту линию и продвигают. Я хотела по поводу вашего вопроса с двух сторон ответить. По поводу молодых, креативных и способных, которые, безусловно, проявляют себя в блогосфере, даже по вашему блогу видно, что  туда частенько заходят люди, которые говорят с вами а) на одном языке б) даже если они представляют другие  сферы они готовы на все темы Минпромторга разговаривать. То есть, наверное, каким-то образом через сферу информационных потоков, которую Министерство само организует, таких людей увидеть можно. Это ответ на первый вопрос. Второй вопрос. Мне очень понравилась идея опоры на  профсоюзы как на некую сеть так скажем ключевых пиарщиков в моногородах. Я сразу вспомнила, что у нас министр недавно встречался с федерацией независимых профсоюзов России и с лидерами профсоюзов ОПК. На самом деле большая часть того, что обсуждалось, это как раз стратегии авиапрома, судостроения и в принципе ОПК. То есть это и был материал, на котором разговаривали с профсоюзами. Вопросы были про проекты. Например, ТУ-334, вопрос опять из серии: «А будет ли реализован этот проект и стоит ли нам сейчас как работникам рассчитывать на то, что мы сможем трудоустроить людей там?». Ставлю многоточие в этом рассуждении и опять же говорю, что убеждаюсь в том, что в первую очередь надо работать с профсоюзами потому, что мало того, что это самые лучшие пиарщики, как показывает практика того же Пикалёво. С одной стороны они хорошие пиарщики, а с другой стороны они действительно там, на местах, они действительно капают постоянно на мозги руководству и непосредственно общаются с людьми. Наверное, это и есть та самая точка, из которой надо взаимодействовать с предприятиями.

Станислав Наумов: Я просто себе представляю их среди тех самых рабочих, которые в сентябре вернувшись со всех сезонных работ, смотрят: вот он завод, мог бы работать, почему не работает? А вот областные СМИ -  они-то почему такие однолюбы? Правильно ли, что у них кроме этих news-мэйкеров никого нет? Или им лень придумать другого news-мэйкера  потому что аудитория с их точки зрения будет и дальше слушать только узнаваемые авторские комментарии по поводу ситуации в области.

Наталья Макаркина: Вот знаете, насколько я понимаю пока активным оппонентам  отвечают, пока  на каждый «чих» в публичном пространстве пресс-секретарь, сразу же начинает думать, а как же ей сейчас ответить, до тех пор это и будет продолжаться.  Пока будет ответная реакция, конечно же, это будет продолжаться. СМИ это будет интересно.

Станислав Наумов: То есть СМИ интересно как пресс-служба ведет себя. Для них это история, которая постоянно в динамике, постоянно развивается за счет ответов со стороны предприятия.

Юлия Борисовна: Это потому что Ксения сказала, что мы обсуждали про моногорода. Моногорода - это монокоммуникации, это моноспикер. Картинка вполне моногородская. Почему я сказала, что эта женщина фантастический ресурс. Я просто знаю историю тольяттинского автозавода. Если мы вернемся к тому, с чего начали, с вопроса о том какие будут маршруты, другие коммуникации, чтобы с этими людьми разговаривать. Это основная проблема в том, что они всегда видят только одну точку зрения. То есть язык у них один - профсоюзного деятеля. Другого сами они придумать не могут и у них есть одно видение мира. Поэтому надо возвращаться к вопросу о том что должны быть другие спикеры, другие точки разговора с этими людьми - финансовое консультирование опять же, субсидирование в службах занятости, соц.программы. Даже пресс-секретарь не является второй точкой.

Ксения: Несколько лет назад распадается одна нефтяная империя. Собственно Волжский регион - это нефтегазовый шлейф. Очень много городов не является строго моногородами. Но НГДУ - нефтегазоводобывающее управление – это, по сути, градообразующее предприятие. Все они в этом регионе принадлежали этой компании. Конечно это не нынешняя ситуация, когда кажется что будущего нет вообще. Но очень близка. Нет правда такого публичного ресурса и не каждая ситуация не выходит на федеральный уровень. Мэры городов брошены практически одни со своими проблемами. Я рассказываю про свой родной город. Как эта проблема выглядела там. Население-28 тыс.человек. Помимо того, что очень многие семьи основной доход имеют от зарплаты тех членов семьи, которые работают в НГДУ. И это не социальная паника с перекрытием дорог. Это депрессия: Денег нет вообще, что происходит. Мэр города достаточно молодой и веселый человек начинает интенсивно вести переговоры о создании  в городе предприятия по производству полиэтиленовской упаковки для легкой промышленности. Очень активно ведет переговоры  в течение года и очень активно об этом говорит, используя весь свой медийный ресурс в городе. Параллельно с этим начинает активно развивать коммуникации с каким-то небольшим немецким городом. Отправляет туда детей, оттуда тоже приезжают дети. Устраиваются какие-то Дни города. С одной стороны выстраивают социальную сферу, показывая то, что мы живем, всё продолжается. С другой стороны как раз то о чем мы говорили - это демонстрация некоего образа будущего.За год жизнь начинает потихоньку налаживаться. Челноки поехали на Черкизон, начинают там свою торговлю и некий сервис, появляются рыночки. В 2009 в городе как ничего не работало так и не работает. Но социальная напряженность спала на какой-то период времени. Это чисто коммуникационные усилия. Почему я именно сейчас решила применить это как кейс. Чисто коммуникационными усилиями за год даже цены на недвижимость подросли. Добыча падает, то есть всё равно для них это был финал. Но жить они смогли. То есть не надо раскручивать ситуацию в каком-то одном профессионально ориентированном поле.

Юлия Борисовна: Мне подход Ксении начальный очень нравится, его выражение. У людей должны быть коммуникативные машины. Плохо  не только то что местный активист какого-нибудь союза, единственный кто имеет голос. Он единственный, кто разговаривает, остальные молчат. Дайте возможность заговорить другим или сформируйте то место, где кто-то  еще поговорит. Можно попросить сказать про что-то другое. Это будет не менее интересно.

3-ий чел.: Относительно того, как можно встроить профсоюзы в систему коммуникаций Минпромторга. Их можно просто пригласить сюда, откровенно с ними поговорить, попробовать с ними посоветоваться: как они видят ситуацию, учесть их интерес и после этого рассказать свою стратегию. То есть они сразу понимают, что каким-то образом они сопричастны к этой стратегии и они едут обратно и говорят: «Вы знаете, я встречался с чиновниками, они сказали, что будет так-то, тоже поругали местных собственников, что они дураки, неправильно используют все ресурсы». После этого  доверие к федеральной власти несколько возрастет.

Слушатель:Как правило люди которые встают во главе профсоюза - рациональные люди, я видел профсоюзных лидеров. Может быть это не везде так. Если это не так, то там это не работает. Если они рациональные то они понимают систему координат, они ее понимают и если вы выстроили какую-то систему координат, то через это можно действовать. Эта и есть та самая soft power.

Станислав Наумов: Я сейчас просто для фиксации у кого-то из группы Наташи Макаркиной, что в ходе штурма вырабатываются две линии технологические. Одна линия - создавать новых спикеров. Неважно на какую тему. Старайтесь просто темы разнообразить…

Юлия Борисовна:…в том числе портал «Моногород.ru», то есть создавайте другие места говорения, не обязательно это будет конкретный человек.

Станислав Наумов: И вторая технологическая линия, которая предлагается - начните работать напрямую с теми, кто является лиnews-мэйкерами. Создавайте для них такие форматы, в которые они бы попали, и дальше, пройдя эту рамку один раз, уже все равно были вынуждены каждый раз вспоминать про эту рамку. Потому что кто-то где-то попробовал посветить в нечто большее, чем они до сих пор сами могли сказать о ситуации. Я возвращаюсь еще к идее про 5-7%, про то что это не отдельно где-то, они включают в себя и лидеров вот этих естественных, которых слушают.

Сергей Сергеевич Никулин: Это абсолютно потрясающая идея «Моногород.ru».Только делать надо все по-другому. В каждом городе есть как минимум  газета. Есть главный редактор. Он будет о том, о сем, о плохом, хорошем, о празднике, о рыбалке, о чем угодно. Заинтересуйте их, может даже не финансово, а идейно. Это мы тоже проверяли. У вас есть трансляторы. Дальше не зацикливайтесь на проблемах которые там есть. Пусть они пишут по поводу 5-7 %.Вы бросьте тему. Вот вы люди, вам надо как-то жить. Как может помочь малый бизнес, что для этого нужно делать. У каждого города есть свой раздел, они начнут смотреть, где как чего.

Станислав Наумов: Ну, то есть, вопрос в чем? Из  того, что у нас является сейчас полузакрытой базой данных надо сделать публичную версию.

Сергей Сергеевич: Надо сделать так чтобы она была интересной. Сделайте прям также блоги, чтобы выступать.

Станислав Наумов: У нас есть Industry Daily.

Юлия Борисовна: У меня есть предложение, поскольку я сегодня вернулась. Там у нас граждане на Селигере по 8 тыс. в неделю молодых людей, которые реально пока не знают чем заняться. Их когда собирают, они не знают ни куда выйти, ни чем заняться. У меня технологии социальных проектов. Работа с пенсионерами, с детьми, с матерями, молодыми семьями. Половина из них из моногородов. У меня-то просто есть радикальное предложение. Надо их вынуть, договориться провести там большую публичную лекцию и сказать: «Давайте сделаем общий сетевой проект о моногородах». Собрать тех, кто из моногородов и их проекты в базу данных и их можно использовать. Они будут счастливы.

Сергей Сергеевич: Отличный ход. Минпромторг занимается вопросами среднего и малого бизнеса в области промышленности и торговли. Посоветоваться с главным редактором: «У нас есть политика, программа, финансы под это дело. Помогите нам раскорениться в ваших городах. Как лучше сделать?». В свое время, когда начиналась реформа ЖКХ, их привезли сюда, оплатили жилье, питание. И они в течение года об этом писали, писали здорово, в том числе и стать, а как надо было сделать. Вам осталось аккумулировать, что вам будут предлагать. А вот в рамках программы малого и среднего бизнеса можно им сказать: «Присылайте ваши идеи, давайте подумаем, как сделать, может быть это туризм или еще что-нибудь такое. В любом городе свои красоты. Присылайте, что у вас есть хорошего в ваших городах». Сыграть еще на этом позитиве.

Юлия Борисовна: Если мы работаем с региональными газетами, то они устроены, что у них есть часть газеты, где они пишут про плохое, а часть где они, конечно же, выискивают все чудеса, которые у них есть.

Сергей Сергеевич: Региональные газеты пишут гораздо больше хорошего. А здесь у нас появляются всякие интересные вещи.

Станислав Наумов: Я хочу понять, а важно, сколько у них тираж газет? Или это не имеет значение? Главное, что они будут тем самыми семейными психологами? Или так: объявляем в рамках реализации ведомственной целевой программы малый и средний бизнес в конкурс на лучшего предпринимателя малого города и в качестве жюри берем главных редакторов местных СМИ, отражающих деятельность малого и среднего предпринимательства.

Сергей Сергеевич: В том числе это и в том числе решение проблем моногородов.

Станислав Наумов: Мне же  всем подряд и кое-как заниматься не хочется. И мне надо про свою ВЦП отчитаться, что у меня самая коммуникативная ВЦП. Если что скажем, что это конкурс С.С.Никулина, главного медиографа РФ  у которого персонаж по имени «кризис» обошел всех вице-премьеров. А вот эти главные редакторы с вашей точки зрения в вот эту долю 5-7% двигателей прогресса входят? Они те самые благоадрные посетители нашего сайта, которые читают по ночам стратегию развития лесоперерабатывающего комплекса?

Сергей Сергеевич: Они в теме всей жизни города, и криминала и тех же самых профсоюзов. Плюс какой для них лично? Они все будут рады, если их услышат здесь. Им очень интересны коммуникации с крупными чиновниками.

Слушатель:  Для меня недавно было открытием, кто является владельцем интернет-порталов и как они действуют потому что в каждом крупном городе и  даже маленьком есть интернет-портал: «Электросталь.ru» и т.д. На меня сейчас работает один из владельцев интернет портала в Тамбове. Это молодой человек 18 лет примерно, у него уже стабильный доход около 30тысяч рублей в месяц с этого портала и он говорит, что мы на самом деле уже практически закрыли все остальные СМИ, они перепечатывают с нас информацию, а мы идем к юристам и закрываем их, то есть пока идет судебное разбирательство о плагиате они не имеют право публиковаться. Эти молодые люди - такая сила.

5-ый чел.: Хотела бы подтвердить про то, что Сергей Сергеевич говорил Сама когда-то и житель и в далеком прошлом корреспондент вот такой вот районной газеты Подмосковного города. Во-первых, абсолютно точно, что больше положительных статей. Так и осталось. Во-вторых, редакторы не только в курсе новостей, но и в контакте с администрацией. Это, как правило, районная газета к которой все привыкли. Редактор действительно является комиссаром. Плюс сейчас еще кабельное телевидение, которое вошло в каждый дом. И все читают в первую очередь какого-нибудь Игоря Моисеева, журналиста №1, который пишет о криминале. А потом уже смотрят Первый канал.

4-ый чел.: Затея с порталом действительно могла бы получиться от того, что просто дать людям выговориться, снять эмоции, негативные. Это первое. Второе - выйти на какой-то интерактивный банк идей. То есть попытка решить эти проблемы по хорошим примерам, они же для всех актуальны?

Станислав Наумов: Я считаю то, что мы в начале обсуждали, удастся или не удастся  нашей школе перешагнуть через порог третьего обсуждения - удалось. Думаю, что в пятницу попробуем сделать новый кульбит и поговорить про глобальный маркетинг.

Мы начнем в четверг с ЭКСПО-2010.В пятницу поговорим об автопроме и про кредитную программу для населения. Таким образом, захватим очень важную тему. Сергею Сергеевичу отдельное спасибо за существование. Просто за идеи интересные всем спасибо.

Юлия Борисовна: Я предлагаю дальше развивать коммуникативные программы: региональные газеты и молодежные проекты. Состоятся эти проекты, не состоятся - будут только пробоваться, но дайте им место. У вас будет еще минимум два голоса, кроме профсоюзных лиц.

Станислав Наумов: В запасе у нас с вами есть ведомственная целевая программа про малый бизнес и, может, чуть-чуть заденем индустрию детских товаров. А вот если глубже погружаться в региональные программы опережающего реагирования на возможную безработицу, то надо встречаться вместе с коллегами из Минсоцразвития. Вот руководство нашего  министерства, например, сильно бы захотело бы поговорить сразу обо всем со всеми журналистами из моногородов? Нет. Потому что у нас есть понимание- тема не только наша. И мы в ней, в общем, играем важную, но не единственную роль. Не дай Бог там, иначе все сведется к восстановлению производства в том виде, в котором оно было в момент остановки. Потому, что ничего другого мы в этом историческом отрезке времени предложить не сможем. А вот если включить в это Минсоцразвития, если включить в это Минрегион, то тогда это можно было бы обсуждать общие темы про будущее. Коллеги, всем спасибо! В следующий раз - про  ЭКСПО-2010.

Концепция

Некоторое время назад многопользовательские онлайновые игры стали пространством для real-money trading, рынком, где происходит обмен виртуальных ценностей на реальные деньги. Виртуальные пространства превратились в сложные системы, где идёт перераспределение финансовых ресурсов, вброшенных в них пользователями. Для игрока потенциальная возможность извлекать доход, являющийся результатом принятых им решений и выраженный в реальных деньгах, становится одним из главных, если не основным моментом, заставляющим его проводить время в игре и тратить свои средства на внутриигровые инструменты.

Осознание того, что в игре есть возможность получить дополнительный доход, втягивает в нее людей из областей деятельности, в чём-то сходных по форме с играми виртуального мира – игроков в карточные игры, где требуется математический расчет, спекулянтов на биржевых и валютных рынках, людей с предпринимательским мышлением. Эта группа людей, готовых рискнуть, в том числе финансово, тестирует виртуальные миры на предмет возможности «сыграть свою игру».

Основная цель проекта – создание виртуального мира, в котором деятельность участников организована как предпринимательская деятельность. Предполагается также использование в игровом процессе реальных денег с возможностью вывода полученной прибыли на банковские счета успешных игроков.
Проект предусматривает последовательное выстраивание логики игрового пространства с использованием выявленных инициаторами проекта закономерностей и принципов функционирования институтов собственности: капитала, денег, права, закона, власти, имущества и т.д., присущих современному мироустройству. Выстроенное таким образом пространство будет давать возможность осваивать различные формы деятельности в том виде, в каком они присутствуют в реальности, и учиться работать со сложными институциональными объектами.

Посмотреть презентацию Проекта он-лайн-тренажера можно ЗДЕСЬ.

Уникальность проекта, конкурентные преимущества

Создаваемое виртуальное пространство представляет собой «многослойный пирог», состоящий из различных форм деятельности. В рамках этих форм участникам предоставляется возможность вести свою игру, вступая в сложные социальные взаимодействия, конфликтуя или, наоборот, кооперируясь друг с другом. При этом «слой», до которого сможет добраться тот или иной участник, будет зависеть от его умения выходить за рамку уже освоенной формы работы, используя её в качестве базы. Таким образом, игроки в результате естественного отбора расставляются по «слоям» игрового пространства, играя в тот набор игр, который соответствует уровню их компетентности.

Многообразие игр с различной природой и степенью риска позволяет вовлечь в игровой процесс широчайшую аудиторию, что пока не реализовано в полном объеме ни в одном виртуальном мире. Условно говоря, оставаясь «шутером» для тех, кто хочет играть в игру как в «шутер», игровое пространство настоящего проекта будет одновременно и пространством для конкуренции субъектов экономики, и местом, где политики дерутся за власть, и полем, где ведутся масштабные военные действия, а геополитики и социальные архитекторы пытаются переделать мир. Массовость и темп прироста числа игроков в индустрии многопользовательских игр – ключевой параметр, определяющий успешность того или иного проекта и в конечном счете обеспечивающий финансовую отдачу и уровень рыночной капитализации проекта. Представляемый проект в состоянии обеспечить массовость на уровне лидеров индустрии.

В проекте будут применены оригинальные механизмы, позволяющие уничтожить негативное влияние на игровой баланс таких явлений, как gold-farming и real-money trading. Это даёт возможность строить сложную, динамичную, но вместе с тем устойчивую игровую среду, где получаемый игроком поток прибыли является мерой эффективности его предпринимательских усилий и адекватности принятых им управленческих решений.

Проектом предусмотрена разработка собственной финансово-расчетной системы, состыкованной с наиболее популярными системами электронных платежей и позволяющей не только обслуживать потоки ввода-вывода денег и внутренние расчеты между пользователями, но и создавать на её базе целый веер характерных для современного интернета сервисов, встраиваемых непосредственно в виртуальное пространство. Наличие такой системы, отвечающей требованиям надежности и защищенности, является сильнейшим фактором, стимулирующим игроков к деловой активности, введению в виртуальный мир собственных средств.

Действия участников в высококонкурентной среде игрового пространства поддаются мониторингу, и могут стать основой для рейтингования и отбора перспективных управленцев, способных быстро принимать адекватные решения в ситуациях большой степени неопределенности. Результаты деятельности отдельных игроков и сформировавшихся в процессе игры устойчивых команд могут стать основанием для вовлечения их в реальные проекты, где востребована компетентная команда управленцев. Более того, существенная часть работы по реальным проектам может быть переведена в виртуальное пространство путём интегрирования в него специализированных IT-инструментов.

Объединение кадровой, технологической и финансовой базы для «конвейерного» запуска реальных проектов в виртуальном пространстве – ключевое преимущество представляемого проекта. Игра обретает смысл, лежащий за её пределами, глубоко укоренённый в реальности.

Сюжет

Игровое пространство, построенное с использованием институциональных представлений об устройстве современного мира, в процессе взаимодействия участников друг с другом генерирует поток ситуаций, требующих от игроков принятия решений в парадигме управления стоимостью активов. Вследствие сложной многослойной структуры игры взаимоотношения игроков по поводу игровых активов могут принимать самые разнообразные формы. Например, борьба двух суверенных территориальных образований за землю, на которой находится интересный объект или ресурс, может проходить как в форме рыночной борьбы в рамках правового поля, так и в форме открытого военного столкновения с применением всего арсенала имеющихся в распоряжении сторон средств.

Целевая аудитория

Проект рассчитан на международную аудиторию и предусматривает поддержку нескольких языков для пользовательского интерфейса и возможность общения пользователей на большинстве языков. Целевая аудитория проекта – «хардкорные» игроки, ежедневно по несколько часов проводящие в онлайн-играх и готовые вкладывать реальные деньги в виртуальные предметы. Потенциальная аудитория – 300-500 тысяч человек. В проекте предполагается использование нескольких know-how, позволяющих со временем расширить аудиторию до 1-2 млн. человек.

Отчет о работе группы выглядит, безусловно, как системная работа с целевой аудиторией через самые различные СМИ. Девушка из одного из таких СМИ все пыталась вытащить из меня цифры про потерявших и вновь нашедших работу людей, а я все пытался вести рассказ на уровне объяснений какова технология решения проблемы. И ведь самое обидное, что права она – без цифр репортаж и в эфир не пойдет, а при этом и цифры есть – спасибо московским кадровым агентствам, что регулярно снабжают нас такой информацией.
Короче, мы с Владимиром Мединским и его коллегами по «Единой России» как-то сумели привлечь внимание к тому факту, что в то время как во всех городских организациях рабочие места сокращаются, в торговых компаниях они остаются и, стало быть, могут стать местом применения самых разных усилий творчески настроенной и общительной молодежи. То есть место есть не только в бригаде грузчиков или кассиров.

Да-да, в рамках обсуждения регулирования торговли мы убедились, что не все услуги в области продвижения навязываются, некоторые запрашиваются. И вот здесь нужна конкуренция между множеством компаний, где молодые специалисты в области маркетинговых коммуникаций будут изучать потребительский спрос, стимулировать продвижение российских продовольственных и промышленных товаров. Считаете это утопия? А по-моему это проект.

И еще есть проект, идущий как бы в обход любых существующих форм торговли. Торговля через заказы с помощью сети интернет с доставкой продуктов с меньшей наценкой, чем в магазине на дом потребителю. Может это и не новация, но масштаб такого взаимодействия может быть значительно больше чем сегодня. И это тоже разнообразие форм продвижения продукции всего того же малого и среднего бизнеса который должен активно конкурировать и импортом продовольствия в большие города.

Но и насчет малых городов группа Мединского что-то по осени должна придумать. Там же тоже есть белые воротнички. Хорошо бы превратить их в своего рода маячки, что будут подсказывать местным сообществам альтернативы тяжеловатому образу жизни исключительно возле монопрофильных производств. Для этого стоит посылать людей за счет государства на стажировки в места, где уже успешно найден новый путь развития городов - в том числе за рубежом. И не надо мне кажется бояться, что кто-то найдет себе новое место работы там. Начнется новая фаза роста мы их с вами своими торговыми агентами сделаем в рамках комплексной программы поддержки экспорта.

Завтра, то есть уже сегодня, еду в Тверь на форум, посвященный проблемам развития информационного общества. Нас там с докладом выступить не просят. Посидим послушаем умных людей. Потом на Селигер заскочим, попробуем подключить молодежь к проектированию будущего лучшей жизни в лучших городах в формате «Экспо-2010». Интересно, а в озере вода теплая? Ночью обратно в Москву.

В пятницу в 9.30 совещание в МИДе, потом всероссийский селектор в Доме Правительства по вопросам развития малого и среднего бизнеса. Надеюсь, дадут хотя бы в конце пару минут рассказать про наши планы в области развития легкой промышленности. Потом презентация программы переподготовки кадров у Владимира Гутенева в Общественной палате. Затем встреча с депутатами по поводу законопроекта о регулировании торговли. По поводу всех трех мероприятий сегодня провел несколько интенсивных обсуждений с коллегами. Всем спасибо за работу. На связи…